ВС РФ рассмотрит спор о конкуренции субсидиарной ответственности и убытков – ПБ «Олевинский, Буюкян и партнеры»

@Fedresurs

Автор: Ксения Мелешина, юрист правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры»21.09.2023 Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ рассмотрит кассационную жалобу Семенова Алексея Владимировича (далее – Семенов А.В., ответчик) на определение Арбитражного суда Саратовской области от 20.10.2022, постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2022 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 09.03.2023 по делу № А57-12609/2017 о несостоятельности (банкротстве) ООО «КС-КОМ» (далее – должник).Единственный конкурсный кредитор должника – ООО «Строительная компания «СпецСтройСтандарт» (далее – компания) обратился в суд с заявлением о привлечении Семенова А.В. к субсидиарной ответственности в сумме 4,9 млн. руб. за невозможность полного погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)). После возвращения спора на новое рассмотрение суд первой инстанции заявление компании удовлетворил. Апелляционный суд и суд округа оставили определение суда первой инстанции без изменений.В обоснование требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности компания сослалась на наличие сразу двух обстоятельств, позволяющих применить закрепленные в Законе о банкротстве презумпции невозможности погашения требований кредиторов из-за действий контролирующего должника лица:1) ответчик совершил сделку: снял наличные деньги со счета должника, причинив существенный вред кредиторам (презумпция пп.1 п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве);2) ответчик не передал конкурсному управляющему документацию должника, в результате чего было существенно затруднено проведение процедур в деле о банкротстве (презумпция пп. 2 п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве).Разрешая спор, суды отметили, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 15.01.2020 удовлетворено заявление о взыскании с Семенова А.В. в пользу должника 11,5 млн. руб. убытков, причиненных безосновательным снятием денежных средств со счета должника. На собрании кредиторов компания (как единственный кредитор) утвердила положение о порядке, сроках и условиях продажи данного требования к ответчику. Требование продано на торгах за 140 тыс. руб.Суды пришли к выводу, что в части, касающейся снятия наличных со счета, основания привлечения к ответственности в виде возмещения убытков и субсидиарной ответственности тождественны. Следовательно, за эти действия ответчик не может быть повторно привлечен к ответственности на основании пп. 1 п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.Несмотря на это, ответчика привлекли к субсидиарной ответственности и взыскали с него 4,9 млн. руб. в соответствии с пп. 2 п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Суды исходили из того, что Семенов А.В. подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, так как бухгалтерская документация и отраженные в ней активы не были переданы конкурсному управляющему, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника.Семенов А.В. не согласился с вынесенными судебными актами и обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ. Ответчик просит отменить судебные акты и указывает, что требование о возмещении убытков превышает размер субсидиарной ответственности. По его мнению, компания, проголосовавшая за продажу требования о возмещении убытков в размере 11,5 млн. руб. на торгах, после отчуждения этого требования не могла предъявить к нему новый иск о привлечении к субсидиарной ответственности еще на 4,9 млн. руб.На мой взгляд, приведенные в жалобе доводы действительно свидетельствуют о том, что нижестоящие инстанции пришли к ошибочному выводу.Размер субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве). В рассматриваемом споре непогашенными остались требования компании и текущие обязательства первой очереди.При этом, в соответствии с п. 6 ст. 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.11-61.13, не препятствует предъявлению к этому лицу требования, предусмотренного п. 1 настоящей статьи (требования о взыскании убытков), в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности. Стоит отметить, что, исходя из буквального толкования, это положение Закона о банкротстве относится не только к ответственности за одни и те же действия.В определении Конституционного Суда РФ от 27.02.2020 № 414-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Казанцева А.В. отражена следующая позиция арбитражных судов: «Принимая постановление, арбитражный апелляционный суд подчеркнул, что требование о взыскании убытков носит субсидиарный характер по сравнению с требованиями о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц. <…> таким образом, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей; <…> в случае, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, т.е. убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности…». Эта позиция часто цитируется в постановлениях арбитражных судов округов.В СКЭС ВС РФ споры о конкуренции между требованием о взыскании убытков в рамках дела о банкротстве и требованием о привлечении к субсидиарной ответственности ранее не рассматривались. Однако в 2020 году коллегия рассмотрела похожий вопрос о соотношении гражданского иска о взыскании ущерба за совершенное преступление и иска о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве ООО «ДИС» (определение Верховного суда РФ от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)). Отменяя принятые судебные акты, СКЭС ВС РФ отметила, что конечная цель субсидиарной ответственности заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Эта характеристика является сущностной, что сближает подобный иск со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ (общие основания ответственности за причинение вреда). Именно поэтому, в числе прочего, Пленум ВС РФ исходит из взаимодополняющего характера требований о возмещении убытков и о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53). При этом иск о привлечении к субсидиарной ответственности, точно так же как иск о взыскании убытков, направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору. Таким образом, предмет и основание исков о взыскании ущерба за совершенное преступление и о привлечении к субсидиарной ответственности фактически совпадают. Учитывая, что и личность должника, и состав возникших обязательств по обоим требованиям также совпадают, такие требования являются не солидарными, а тождественными.Полагаю, что аналогичным образом должен решаться и вопрос о конкуренции требований, возникший в рассматриваемом деле, так как принципиальной разницы между основаниями и предметом общегражданского требования о возмещении причиненных преступлением убытков и требования о взыскании убытков в деле о банкротстве нет.Таким образом, с учетом приведенных позиций Верховного и Конституционного судов РФ, в рассматриваемом деле нижестоящие суды необоснованно отклонили довод заявителя о тождественности требований. Основанием субсидиарной ответственности будет являться не само действие – непередача документации и активов должника, а невозможность полного погашения требований кредиторов в результате этого действия, то есть причинение кредиторам вреда. При таком подходе требование о взыскании убытков должно считаться тождественным по отношению к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, независимо от того, какие конкретно действия контролирующего должника лица повлекли невозможность погашения требований кредиторов. Факт отчуждения права требования о взыскании убытков на торгах в рассматриваемом деле не имеет правового значения.Приведенный подход о тождественности исков соответствует концепции, что субсидиарная ответственность контролирующего должника лица (в отличие от ответственности в виде взыскания убытков) наступает не в связи с совершением конкретного действия, повлекшего неблагоприятные последствия, а в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов. Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 15.11.2022 № Ф09-7503/16.Тем более, в самом Законе о банкротстве содержится положение п. 6 ст. 61.20, в соответствии с которым убытки с контролирующего должника лица могут быть взысканы только в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности. В рассматриваемом деле сложилась обратная ситуация: сначала с ответчика взыскали убытки, а затем привлекли его к субсидиарной ответственности. Полагаю, что п. 6 ст. 61.20 Закона о банкротстве должен применятся по аналогии и к этой ситуации. Обратное привело бы к тому, что ответчик оказался бы в менее выгодном положении в зависимости от того, в каком порядке к нему предъявляют требования. Именно такой подход высшая судебная инстанция применила, отказав в передаче для рассмотрения СКЭС ВС РФ кассационной жалобы по спору, где суды отказали в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, потому что с них в пользу должника уже были взысканы убытки в сумме, превышающей совокупный размер требований кредиторов (определение Верховного Суда РФ от 07.09.2020 № 309-ЭС16-4144(5,6)).Считаю, что Верховный Суд РФ отменит обжалуемые судебные акты и откажет в удовлетворении заявленного требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности. Таким образом, Верховный Суд РФ внесет ясность в вопросе конкуренции субсидиарной ответственности и убытков, закрепив свою позицию в предстоящем определении по рассматриваемому спору.