Кому и зачем нужна эталонная сигарета и почему можно спокойно удалить шагомер

@Forbes
Фото Brandon Bell / Getty Images

Есть мнение, что 10 000 шагов — это результат научных исследований, но на самом деле истоки идеи лежат в маркетинговой кампании японской фирмы Yamasa Clock. Денис Песков в своей колонке для Forbes рассказывает о книге Джеймса Винсента, которая касается многих интересных исторических аспектов метрологии, например расстояния

Если что-то и иллюстрирует важность измерений в современной жизни, так это существование стандартизированного арахисового масла. Этот результат работы Национального института стандартов и технологий США (NIST) продается промышленным предприятиям по $927 за три 170-граммовые баночки. Непомерная цена обусловлена не редкими ингредиентами или сложным производственным процессом, а строгостью анализа содержимого каждой банки. Но зачем это нужно?

Возьмем другой их продукт — SRM #1196, стандартные сигареты по $218 за коробку по 100 штук. Они используются лабораториями для проверки горючести тканей и обивки мебели. Пожары от непотушенных сигарет — основная причина смертности от огня в домах в США, они уносят сотни жизней каждый год. Чтобы уменьшить эту опасность, есть различные государственные и отраслевые стандарты для огнестойких матрасов, диванов и простыней. Но чтобы тесты были одинаковыми для всех производителей, необходима «эталонная» сигарета, с которой начинается каждый пожар. То есть SRM #1196.

Обложка книги Джеймса Винсента

Измерение — основа технологий, позволяющих строить и жить в городе, а также начало количественной науки. Если бы мы не могли измерять, то не могли бы наблюдать окружающий мир, не могли бы экспериментировать и учиться. Измерения позволяют нам фиксировать прошлое и выявлять закономерности, которые помогают предсказывать будущее. Более всеобъемлющая, чем NIST, Международная организация по стандартизации (ISO) регулирует около 22 000 стандартов из своей штаб-квартиры в Женеве, издавая рекомендации для всего. Например, стандарт ISO 3103 описывает эталонный метод приготовления чая. Шесть страниц инструкций содержат указания на тип используемой посуды (белый фарфор или глазурованный фаянс), количество высушенных чайных листьев (2 г на 100 мл кипятка) и общее время заваривания — шесть минут. Цель не в том, чтобы создать идеальную чашку, а в том, чтобы установить повторяемый базовый уровень для других видов испытаний. Книга Джеймса Винсента касается многих интересных исторических аспектов метрологии, например расстояния. «Пенинкульма — старая финская единица длины, первоначально измерявшаяся как расстояние, на котором можно было услышать лай собаки (около 6 км)». У соседей финнов саамов есть менее эстетичная поронкусема, равная примерно шести милям. В переводе это «оленья моча», то есть расстояние, которое олень может пройти до мочеиспускания. Централизованные эксперименты с реорганизацией исчисления древнего и интуитивно понятного в пользу абстрактного часто спотыкаются о сопротивление людей. Если в революционной Франции народ принял килограмм и метр, то работать 10-дневную неделю люди отказались (позже и весь экзотический «революционный» календарь в стране был отменен). К слову, в Британии продолжается полусерьезное «Активное сопротивление метрической системе», или ARM. С момента создания ARM в 2001 году его участники сняли или изменили более 3000 указателей в стране, исправляя метры и километры на футы и мили.

Попытки систематизации участились с усложнением общества и технологий. Мы помним тейлоризм, теорию управления и оптимизации труда, которой восхищался Ленин. Не менее одиозный исследователь, современник Тейлора Фрэнсис Гальтон жизнь положил на измерение человеческого фактора (не будем вспоминать его евгенические теории). Спорадические случаи количественного подхода встречаются в его жизни повсюду, включая измерение скуки на собраниях, основанное на количестве ерзаний в минуту, идеальную температуру заваривания чая и «карту красоты» Великобритании, которую он создал, «классифицируя девушек, мимо которых проходил на улицах или в других местах», как «привлекательных, неприметных или отталкивающих». Он даже проверил границы своих методов, применив их к вопросам веры. Он опубликовал «Статистические исследования эффективности молитвы», в которых надеялся определить, «достигают ли те, кто молится, своих целей чаще, чем те, кто не молится». Он пришел к выводу, что данные свидетельствуют об обратном. Самым убедительным доказательством он назвал тот факт, что, несмотря на еженедельные молитвы в церквях за здоровье монархов Великобритании, они остаются «самыми короткоживущими из всех наиболее обеспеченных людей». Однако по части измерений мы Гальтона опередили.

В современную эпоху уже мало измерять макро- и микромиры, мы хотим упорядочить и оптимизировать свою жизнь, тем более что количество гаджетов, созданных для этого, прирастает едва ли не ежечасно. Не все считают съедаемые калории, но за шагомером следят многие. 10 000 шагов в день считается необходимым условием здорового образа жизни. Есть мнение, что это результат научных исследований, но истоки идеи лежат в маркетинговой кампании японской фирмы Yamasa Clock. В 1965 году она рекламировала новый гаджет, цифровой шагомер, и нуждалась в остроумном названии для новинки. Остановились на «ман-по-кей», или «10 000 шагов измеритель», что стало первым случаем использования этой цифры для пропаганды здорового образа жизни. Почему было выбрано именно это число? Потому что первый иероглиф (обозначающий 10 000) японского названия продукта, 万歩計, выглядит как фигура, уверенно шагающая вперед. Нет никакой нау- ки, обосновывающей 10 000 шагов, это просто визуальный каламбур.

Активисты движения Quantified Self («Измерь себя») стараются полностью постичь свое бытие при помощи цифр и считают все: сон, физическую активность, диету и продуктивность. Жена одного из таких адептов сообщала, что, когда она рожала, «вместо того чтобы держать за руку, поддерживать и обнимать, он сидел в углу и вводил время между схватками в таблицу Excel». Что напоминает нам одного российского гуру тайм-менеджмента, экономящего время, похоже, только для того, чтобы писать о том, как он его выкроил.