«Я не понимал, что нужно говорить, делать и подписывать»

@Krest'janin

Областная прокуратура по запросу «Крестьянина» начала проверку дела Алексея Ерыженского – психически больного человека, отбывающего срок за «сбыт наркотиков.

Это сообщение мы получили, когда материал уже готовился к печати. Но сначала расскажем о ситуации, которая заставила нас вернуться к делу Алексея Ерыженского.

Мы писали об этом – более чем странном – судебном разбирательстве в материале «Наркотой торговать у него бы ума не хватило» (№ 17 от 24 апреля). Напомним, Ерыженский получил восемь с половиной лет строгого режима за то, что якобы продал своему «приятелю» (а на самом деле внештатному сотруднику полиции) 0,81 г гашишного масла. Как сказано в приговоре, «в целях получения материальной выгоды, за 500 рублей». И самое вопиющее здесь даже не очевидная нехватка доказательств, а тот факт, что в заключении судебно-психиатрической экспертизы написано: «не мог и не может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими».

Осознавать не может, а сидеть – пожалуйста. На сегодня Ерыженский уже отбыл больше полутора лет своего срока (с учётом предварительного заключения). Его мать Ирина Филипповна не теряет надежды добиться справедливости. Но все жалобы и заявления до последнего момента встречали упорное молчание со стороны органов прокуратуры и следствия.

– Мы подали кассационную жалобу в областной суд, но в её рассмотрении нам отказали, – говорит Лев Дорофеев, адвокат Ерыженского.

«Назначенное осуждённому наказание (…) является справедливым и соразмерным содеянному», – считает судья Ростовского областного суда Т.В. Черкасова. Как следует из постановления об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в суде кассационной инстанции, «изменения психики Ерыженского А.В. не исключали его вменяемости в период совершённых преступлений и в настоящее время». То есть специалисты в области судебно-психиатрической экспертизы утверждают, что человек своих действий не осознаёт, но судья, конечно же, лучше разбирается в психиатрии.

– 17 мая мы также подали заявление в Следственное управление СК РФ по Ростовской области о неправомерных действиях сотрудников полиции, которые уже на стадии следствия узнали, что Ерыженский невменяем, но направили дело с обвинительным заключением в суд,– продолжает Лев Дорофеев. – И о законности действий прокурорского сотрудника, поддержавшего это обвинение.

«На предварительном следствии мной делались заявления о том, что я не понимаю, что мне нужно делать, говорить и подписывать, но следователь игнорировала мои заявления. Защитники, которые были у меня по назначению на предварительном следствии, бездействовали, а сам я являюсь юридически неграмотным человеком. Вместе с тем, я сообщал следователю о том, что состою на учёте у врача психиатра и имею группу инвалидности ещё до проведения мне экспертизы. (…) Содержание всех подписанных мной процессуальных документов мне не известно, равно как и не известны последствия их подписания», – говорится в заявлении Ерыженского (его путаные слова, понятно, помог сформулировать адвокат).

Психически больного парня хватают, сажают за решётку и дают какие-то бумаги на подпись. Как именно это происходило, нам неизвестно, но и самый здравомыслящий человек в этой ситуации может растеряться и в испуге подписать что угодно. Что же говорить о человеке, который вообще не вполне понимает, что, собственно, произошло?

– Всё, что он подписал – недопустимые доказательства, добытые незаконным путём. Суд не имел права их использовать и ссылаться на его показания – это прописано в Уголовно-процессуальном кодексе, – говорит Дорофеев.

«В соответствии с компетенцией»

Два письма, пришедшие от следователей и прокуроров, сложно назвать ответами – это скорей классические отписки. 28 мая инспектор отдела по приёму граждан и документационному обеспечению следственного управления А.Г. Бережная сообщила, что вопросов, относящихся к компетенции её ведомства, в обращении не содержится, так что его перешлют в прокуратуру Ростовской области «в соответствии с компетенцией». А 10 июня Е.В. Тришина, прокурор отдела по рассмотрению обращений и приёму граждан, уведомила адвоката, что его обращение направлено для рассмотрения в прокуратуру Константиновского района – в общем, тем, на кого жаловались. «В соответствии с инструкцией». Дальше – тишина.

– Какая компетенция, какая инструкция? – возмущается Дорофеев. – Заявление о совершении преступления должно быть рассмотрено в течение трёх суток! В крайнем случае, срок могут продлить до десяти дней, но прошло уже больше полутора месяцев, а заявления отфутболивают из инстанции в инстанцию. Мы пока не подавали жалобы на действия областной прокуратуры и следственного управления в вышестоящие инстанции, но для этого уже есть законные основания.

По словам адвоката, после известных событий с подбросом наркотиков московскому журналисту Ивану Голунову ситуация с «наркотической» 228-й статьёй УК РФ чрезвычайно обострилась. По ней и другим аналогичным статьям осуждены более 26% заключённых. И сейчас, после «голуновского» скандала, начали поднимать для проверки старые дела.

Палочная система и её последствия

Около сорока академиков и профессоров РАН обратились к президенту с требованием пересмотреть все уголовные дела по уголовным статьям 228 (незаконное приобретение, хранение наркотиков), 228.1 (незаконное производство, сбыт наркотиков) и 229 (хищение либо вымогательство наркотических средств). Путин академикам не ответил, но поручил Генпрокуратуре, Следственному комитету, МВД и ФСБ проанализировать правоприменительную практику по делам о наркотиках и «принять меры по повышению эффективности контроля за законностью решений в этой области». А в СМИ появляется вал публикаций о подбросах наркотиков и об откровенных фальсификациях уголовных дел, когда прокуратура просто проштамповывает обвинительное заключение, составленное следователями. «Крестьянин» уже писал о резонансном деле Валерии Студеникиной: сотрудники ростовского наркоконтроля прямо на улице затолкали девушку в машину и обвинили в сбыте наркотиков, а потом, по утверждению её отца, обещали закрыть дело за взятку в 5 миллионов (начата внутренняя проверка МВД, но её результаты ещё неизвестны). А «Новая газета» публикует любопытную статистику: за десять лет в России было вынесено всего четыре приговора по статье 303 УК за фальсификацию «наркотических» дел. Все – условные.

Ещё интересный момент: по словам Дорофеева, лет девять назад, когда он работал в суде, в среднем у районного судьи было в производстве четыре или пять дел, из них два – по наркотикам. Сейчас – пять из семи или восьми.

Совпадает ли это с общим ростом наркомании? Дорофеев считает, что нет:

– Всему виной пресловутая палочная система. Вот я наркополицейский, я вычистил у себя в районе всех наркоторговцев, за год отправил в суд сто дел. И в следующем году у меня набралось только пятьдесят дел по наркотикам. Меня сразу вызывают на ковёр: «Почему не работаешь?» Так нужно же ещё, чтоб показатели росли – в этом году 100, а в следующем 120. И начальник меня прикроет, и суд – круговая порука. Сотрудники полиции – заложники этой ситуации. Кто не хочет так работать – уходит.

И всё-таки – прокурорская проверка

В официальных письмах, которые редакция послала прокурорам Константиновского района и Ростовской области, мы спросили: правомерны ли действия помощника прокурора Константиновского р-на Нефёдова Е.Ю., поддержавшего обвинение в отношении Алексея Ерыженского? Возможно ли было назначение Ерыженскому альтернативного наказания, не связанного с лишением свободы, либо прекращение дела? А также: считают ли руководители прокуратуры нормальной и законной практикой помещение в колонию строгого режима человека, не осознающего свои действия?

И получили ответ из областной прокуратуры:

«Поскольку поставленные Вами вопросы требуют изучения материалов уголовного дела в отношении Ерыженского А.В., прокуратурой области организована проверка законности и обоснованности состоявшихся в отношении последнего судебных решений».

Мы знаем, как редко в России пересматриваются судебные приговоры. Но мы ждём результатов этой проверки. Ведь ситуация отнюдь не рядовая: психически больной человек – в колонии строгого режима. И сидеть ему, если ничего не изменится, ещё семь лет.

Анна КОЛОБОВА
Фото из архива семьи Ерыженских

Попробуйте дерево связей для поиска пересечений между медийными объектами. Узнайте, пересекаются ли Ростовский областной суд и , и что именно их связывает
Смотреть

Хотите больше?

Получите полный доступ к новостям и аналитике бесплатно и без рекламы.

Люди
Действующие лица
Ерыженский Алексей
Дорофеев Лев
Черкасов Т. В.
Ерыженский А. В.
Бережная А. Г.