Подступаетесь к одному из главных авторов русской литературы? Подсказываем план, который действительно сработает.
Ваше школьное знакомство с Достоевским закончилось провалом? Показалось слишком мрачно, многословно и трудно? Вроде бы понимаете, что многое теряете, но по разным причинам никак не можете подружиться с текстами классика? Вы просто не знаете, с чего начать.
Достоевский – это магия слова, путешествие по тёмным закоулкам души, приглашение к размышлению о природе человеческих недостатков. Те, кто полюбил и прочитал основные произведения Достоевского, многое поняли про жизнь. Хотя зачем мы вас уговариваем? Вы всё и так прекрасно знаете. Просто боитесь «объёма работ» и того, что опять не получится.
И мы на ReadRate прекрасно вас понимаем. Поэтому предлагаем свой способ чтения книг классика. Это наш авторский подход, где порядок чтения не идентичен порядку написания, а знакомство с великим Достоевским начнётся не с его книг. И вообще не с книг.
Старт: мини-сериал «Достоевский» (режиссёр Владимир Хотиненко, 2011 год).
Да, это против правил хорошего тона, но… к сожалению, великий классик есть, а великой его биографии нет. Самая известная биографическая книга «Достоевский» Людмилы Сараскиной – это увесистый том почти на тысячу страниц, который сложно читать изначально не влюблённому в писателя человеку. Слишком уж официальная подача. Интересно написаны книги «Три любви Достоевского» Марка Слонима и «Последний год Достоевского» Игоря Волгина, но они рассказывают лишь о части жизни писателя. Поэтому выхода нет – давайте смотреть сериал. В «Достоевском» играют прекрасные актёры Евгений Миронов и Чулпан Хаматова.
Вместе с Достоевским мы проживём сначала смертный приговор за участие в революционном кружке, а потом – прямо на плахе – его отмену. Проведём время в ссылке, выйдем на свободу, поживём в провинции, неудачно влюбимся и женимся, чудом вернёмся в столицу, переживём первый литературный успех и вслед за ним мощное падение. Потом снова неудачная любовь, снова падение, тотальное безденежье, зависимость от издателей и невозможность писать когда хочется, игровая зависимость и припадки эпилепсии…
И вот тогда вы посмотрите на Достоевского по-другому – как на живого сложного человека. И на его книги тоже. Если после сериала захочется чего-нибудь еще, можно закрепить эффект известным советским фильмом «Двадцать шесть дней из жизни Достоевского».
![](http://r5.readrate.com/img/pictures/basic/875/875569/8755699/w800h317-124a8304.jpg)
![](http://r2.readrate.com/img/pictures/basic/875/875569/8755698/w800h317-a1ca6d6d.jpg)
![](http://r5.readrate.com/img/pictures/basic/875/875570/8755701/w800h317-ce1b20ce.jpg)
![](http://r2.readrate.com/img/pictures/basic/875/875570/8755704/w800h317-36e639b4.jpg)
![](http://r2.readrate.com/img/pictures/basic/875/875570/8755700/w800h317-b0b9d889.jpg)
![](http://r5.readrate.com/img/pictures/basic/875/875570/8755703/w800h317-f35cbe05.jpg)
![](http://r5.readrate.com/img/pictures/basic/875/875570/8755705/w800h317-4590e83d.jpg)
![](http://r2.readrate.com/img/pictures/basic/875/875570/8755702/w800h317-77d9d223.jpg)
Порядок чтения книг Достоевского должен открываться именно этой книгой, а вовсе не хрестоматийными «Преступлением и наказанием» или «Бесами». Именно из-за «Бедных людей» Белинский не спал ночь, а потом прилетел к Некрасову ни свет ни заря с криками «Новый Гоголь явился!» А Белинский не то чтобы любил не спать ночами и бегать ранним утром по стылому Петербургу.
Это история любви двух «маленьких людей», нищего Макара Девушкина и его не менее нищей избранницы Вареньки. Они не могут быть вместе, и всё, что им остается, – искать утешения в полных дрожащей нежности письмах. Над ними плачут даже самые отъявленные циники.
Достоевскому к моменту написания романа в письмах «Бедные люди» было 24 года, и никто не мог в это поверить. Матёрые писатели отмечали глубинные познания автора о «маленьких людях» и «больших душах», цитаты из писем Макара Девушкина милому другу Вареньке кусками читали вслух в литературных салонах. Если что и выдало в Достоевском молодого человека, так это незакалённость к славе. Захваленный, он полностью провалил свою вторую книгу, «Двойник». Так что её даже не читайте.
Продолжаем подступаться к большой прозе Достоевского через его маленькие произведения. «Белые ночи» в чём-то продолжают традицию «Бедных людей». Перед нами снова история любви, но не драма, а романтика. Это история случайностей, контрастов, полных незамутнённого счастья встреч в разгар лета. «Белые ночи» – ода непередаваемой словами эйфории первой любви. Но у Достоевского, как вы понимаете, не бывает хеппи-эндов. Увы, история заканчивается быстро, но читатели уверены: герой будет каждый вечер заново проживать своё приключение всю оставшуюся жизнь. И радоваться тому, что оно у него было.
Пора переходить к большим романам, но делать это постепенно. «Униженные и оскорблённые» – самый лёгкий, по-хорошему бытовой роман Достоевского. Это связано с тем, что Фёдор Михайлович задумал его, чтобы увеличить тиражи выпускаемого на пару с братом журнала «Время». Роман печатался частями и в каждом номере заканчивался на самом интересном месте. «Униженные и оскорблённые» увлекательно читать, но в то же время не тянет поскорее заглянуть в конец. Всё-таки это хоть и лёгкий, но Достоевский, и его изюминка – в содержательных монологах героев.
Влюблённый в дочь своего воспитателя Наташу рассказчик Ваня понимает: его избранница любит другого. Он готов на всё, лишь бы Наташе было хорошо. Ваня с готовностью берёт на себя роль «куратора» чужой любви, пытаясь решить проблемы, мешающие счастью любимой женщины с другим. Но проблем всё больше, и в этом романе жалко всех, в разной мере «униженных и оскорблённых».
Время «пятикнижия» (так называют пять главных романов Достоевского) пришло. Но начинать советуем опять же не по хронологии, а с самого отзывающегося в душе романа «Идиот». Текст зрит в самый корень: почему люди с завышенной духовной планкой выглядят такими чужеродными в нашем мире? И в XIX, и в XX и в XXI веке персонажи, ставящие чужие интересы выше своих, вызывают недоумение пополам с умилением. Князя Мышкина с его чистыми помыслами и желанием спасти своим именем демоническую Настасью Филипповну так и хочется погладить по голове, пожалеть. Восхититься. Но вот быть таким? После прочтения можно дать честный ответ на этот вопрос – хотя бы только себе.
Хотя «Бесы» были прочитаны современниками как политический роман, да и сам Достоевский не скрывал, что это его призыв к революционерам прекратить насилие, всё-таки это роман о многогранности человека. И взахлёб мы его сейчас читаем из-за главного героя Ставрогина, к которому никак не можем сформировать однозначное отношение. Мы готовы убить его за девочку Матрёшу из главы «У Тихона» и зауважать за женитьбу на хромой Марье Лебядкиной. В те моменты, когда этот злодей несчастен, очень хочется его приласкать и пожалеть. А как относиться к тому, что он оттаскал за нос помещика Гаганова, укусил за ухо губернатора и публично поцеловал чужую жену – с восхищением или с неодобрением? Да что там, он и сам этого не знает, поэтому не живёт, а мучается. Главный вывод, который мы сделаем, – вовсе не про политические уроки, а про то, как трудно жить умной, но мятущейся душе.
Да, именно так. Оставляем напоследок «Преступление и наказание» (школьная травма) и либо окончательно влюбляемся в Достоевского после прочтения «Братьев Карамазовых», либо – если не идёт – оставляем всё как есть. Эту главную для себя книгу Фёдор Михайлович писал, когда впервые в жизни у него было всё «как у людей»: любящая жена, дети, хоть какая-то финансовая свобода и даже дача в Старой Руссе, первый его собственный дом. Кстати, в провинциальном городке Скотопригоньевске, где происходит действие «Братьев Карамазовых», угадываются черты Старой Руссы. Но книга не об этом. А о чём? Да почти обо всём. Можно читать её как детектив: кто всё-таки убил отца Фёдора Павловича? Можно как напряжённый семейный роман о том, что между родственниками никогда не бывает всё гладко, особенно когда родственники эти – очень сложный отец и три совершенно разных брата. Можно как книгу о превратностях любви, когда совсем рядом во всех отношениях положительный человек (Катерина Ивановна), а любишь всё равно кого-то посложнее (Грушенька). А ещё размышления о Боге – каково это, когда веришь, о природе красоты, о вечном выборе между добром и злом, об искушениях и великой сложности человеческой натуры.
Сложное произведение? Безусловно. Но если вы всё сделали правильно, то уже готовы к тому, чтобы получить от него сложное, но большое удовольствие. Если всё-таки «не зашло», настоятельно рекомендуем этим и ограничиться.
«На закуску» можно оставить роман, который у половины ассоциируется исключительно со школьными мучениями: «тварь я дрожащая или право имею», «проблема добра и зла», «роль снов в романе» и прочим.
Если есть силы забыть прошлое и попробовать сначала, время пришло. Это самый сюжетно крепкий роман Достоевского. История Родиона Раскольникова, который убил, как ему кажется, незначительного человека, чтобы получить деньги на значительные дела, но потом передумал. Погрузился в пучину отчаяния и раскаяния, а окончательно оказался придавлен ненужной жертвой своей сестры. Ради поправки финансового положения любимого брата она собралась выйти замуж за нелюбимого. Параллельно мы читаем историю нищей семьи, от отчаяния толкнувшей свою дочь на панель. А главный герой всего этого безобразия – Петербург, холодный и мрачный столичный город, где с роскошными дворцами соседствуют крохотные каморки, похожие на гроб, которые любого с ума сведут.
Достоевский в жанре нон-фикшен. Бонус для тех, кто всё прочитал и хочет ещё. Удивительный в своей простоте – никакой словесной витиеватости – дневник пребывания Достоевского на каторге. В качестве героя выбран другой персонаж, бывший заключённый Александр Горянчиков, осуждённый за убийство жены. Но мы-то всё понимаем. В книге есть быт и нравы заключённых, чем они живут, о чём думают и мечтают. Высшее общество того времени высоко оценило «Записки из Мёртвого дома» – ещё бы, прямой репортаж о жизни простого народа. Но и сейчас читается очень увлекательно.
И заканчиваем снова не книгой Фёдора Михайловича. Это дневники Анны Достоевской, гениальной второй жены писателя («Воспоминания. 1846–1917. Солнце моей жизни – Фёдор Достоевский»). Не будь её, не было бы у Достоевского на закате жизни ни налаженного быта, ни дома, ни великих пяти больших романов. Книга интересна именно в бытовом плане – и понравится тем, кто хочет разглядеть за «бронзовым бюстом» живого человека.
Мы сознательно не включили в список два больших романа Достоевского «Игрок» и «Подросток». Оба они писались в жуткой спешке, «Игрок» вообще написан за два месяца и исключительно для того, чтобы Фёдора Михайловича не посадили в долговую яму. По обрывочности текстов и мыслей видно, что романы не успели «вылежаться» в голове писателя.